Каменно-кирпичный квартал перерезала узкая аллея, ведущая к огромным воротам. За воротами — далеко за воротами — многочисленные дуговые лампы ярко освещали гудронированное шоссе. Обходя кучи наваленного мусора, Джадсон направился прямиком к воротам. Схватившись непроизвольно за кольцо на воротах, он вдруг до конца осознал, что ему по-настоящему худо. Куки был прав: эта затея, в сущности, выглядела сумасшедшей. Надо было отправиться домой, отдохнуть, поесть, а позже попытаться еще раз. Однако, размышляя над этим, он автоматически подбирал к механизму запора ворот нужный ключ. Замок характерно щелкнул, и ворота резко раскрылись. Джадсон шагнул внутрь и тут же был вынужден сильно прищуриться — ярчайший свет дуговых ламп, вздернутых на высокие столбы, слепил глаза. Как и всегда, его здорово приободрил вид обожженных в плотных слоях атмосферы корпусов буксиров и челноков, которые помещались на своих опорах в зоне готовности. Равно как и огромные темные туши величественных военных кораблей, бороздивших глубокий космос. Сейчас они тут и там виднелись на поле перед ярко освещенными ангарами. В вытянутом приземистом бараке, который притулился к кирпичной стене старого пакгауза справа от Джадсона, свет не горел. Джадсон прошел мимо него к складу. Исходивший из его окон желтоватый свет говорил о том, что Матт, как и всегда, на своем рабочем месте. Джадсон вошел в двери склада и тут же ощутил приятную теплоту помещения и кисло-сладкий аромат табака из трубки Матта. Сам Матт до появления Джадсона заспанными глазами лениво просматривал иллюстрированную газету.

— Здорово живете, мистер Джадсон! — воскликнул он своим удивительно слабым голосом. Недавно Матт перенес тяжелую операцию на горле по поводу рака гортани. — И что это людей носит сюда холодными ночами!